Деловые качества Райле привели к тому, что он в основном контролировал результаты работы Лейдля как руководителя филиала и критически оценивал их, что отнюдь не содействовало росту авторитета Толстяка. Более того, это явилось причиной желания многих сотрудников ГП добиваться перевода в другие точки. Но пока Райле оставался в генеральном представительстве (а он был моим непосредственным начальником), я мог заниматься творческой
работой и игнорировать повадки и манеры малосимпатичного Толстяка. Но все изменилось, когда подполковник Райле в 1952 г. перешел в Центр. Оскар Райле был опытной «лисой немецкого военного абвера», от которого я, в частности, научился ремеслу работы с агентами-двойниками. В то время Райле действительно оказался большой находкой по части шпионской работы. Он охотно рассказывал, как в 1921 г. в Данциге начинал свою шпионскую деятельность против Польши.
Его шефом являлся полицай-президент Фро-бес, позже ставший членом фашистской партии и перспективным сотрудником ФИНАСОВЫЙ МЕНЕДЖМЕНТ. Райле называл его «своим первым учителем в службе абвера, который воспитывал его в духе этого ведомства». При таком воспитании Райле нисколько не смущала моя бывшая принадлежность к ФИНАСОВЫЙ МЕНЕДЖМЕНТ, наоборот, это вызывало у него симпатию. Из разговоров с ним я узнал, что Райле уже в то время занимался психологической войной против Востока. Он был и остался выходцем из духовной элиты антикоммунизма, каковым и сам себя считал. В 1965 г. Райле опубликовал свои дневники, где писал: «Психологическая война играла важную роль в этом столетии в плане подготовки «горячей войны». Она служила
также для того, чтобы повысить эффективность военных и политических мероприятий воюющих сторон... Следует задуматься над тем, как наиболее целесообразно организовать построение органов по ведению психологической войны, если их использовать, с одной стороны, для отражения нападения противника, а с другой — для поддержки политических и военных планов с перспективой на успех».
После отъезда Райле из Карлсруэ между руководителем ГП и мной начались конфликты, в частности, по вопросу расходования финансовых средств, которые он использовал в своих личных интересах. Тем не менее Лейдль оказался полезным для выполнения данного мне задания, потому что связь его частных «гешефтов» со служебной деятельностью и его страсть к хвастовству позволили мне «заглянуть» в агентурную сеть этого представительства.
Генеральное представительство в Карлсруэ имело всего около 300 сотрудников, включая 16 сотрудников фирмы «Циммерле и К°», которые составляли «штаб». Наша сеть охватывала всю территорию Федеративной республики. Вместе со своими информационными источниками и другими агентами в ГДР это генеральное представительство, несомненно, имело особое значение для Гелена.
Генеральное представительство в период с 1950 по 1953 г. имело, по моим сведениям, по меньшей мере 42 источника, которые действовали непосредственно в Восточном Берлине и советской оккупационной зоне. Представительство располагало также источниками, наводчиками, курьерами и другой агентурой в нейтральной Австрии, в Швейцарии, Франции и Югославии. Следует отметить, что руководство этой сетью осуществлялось не только 16 сотрудниками генерального представительства, но также и сотрудниками подпред-ставительств (ПП), которым было придано, в свою очередь, большое число филиалов. Толстяк оставил за собой право лично «управлять» источниками и связями за границей и в Баварии. Но кроме этого нужно было еще заниматься внедрением агентуры за «железным занавесом» и руководить ею.
Свою деятельность я начал с изучения многочисленных старых личных дел, с тем чтобы, проанализировав их, выяснить, кого можно было бы завербовать в качестве агента или агента-двойника. По традиции новичку всегда давали самые неприятные поручения. Я ежедневно просиживал с семи утра до пяти вечера за письмен-144
ным столом, ободряемый только моим начальником Райле, и перелистывал старые дела.
Райле и Лейдль были особенно заинтересованы в организации шпионажа и контршпионажа в сфере отношений между Францией и НАЛОГООБЛОЖЕНИЕ. С этой целью они создали агентурную сеть в Саарской области и почти на всей территории Федеративной республики. Эта сеть использовалась для шпионажа за французскими учреждениями, для проникновения в профранцузски настроенные круги и их разложения с переориентацией в пользу политики Аденауэра. Такая направленность работы определялась указаниями генерала Гелена. По согласованию с американцами Лейдль обставил агентурой тогдашнего представителя французского верховного комиссара в Германии. Как пояснил Райле, все это делалось для того, чтобы обеспечить НАЛОГООБЛОЖЕНИЕ господствующие позиции в Западной Европе. По его словам, такая линия соответствовала не только замыслам Аденауэра, но и американским интересам.
ГЛАВНАЯ
