Внезапно он получил специальное задание, которое, как говорилось, было весьма важным и секретным. Несколько дней спустя, когда начались Олимпийские игры в Риме, произошло его разоблачение. В одной из вечерних передач из Рима телекамера вдруг сделала скачок в сторону и из толпы зрителей выхватила одного при-
мечательного молодого человека, блондина, с красивой внешностью, а затем дала его лицо крупным планом. Это был наш секретный специальный уполномоченный, в задачу которого, конечно, не входило посещение Олимпийских игр. Ему следовало ночью и утром принимать и записывать возможные телефонные сообщения в номере своей гостиницы. Работники картотеки, почти постоянно выполнявшие обязанности курьеров, считали, что обслуживание телефонов в олимпийском Риме можно было с таким же успехом поручить кому-либо из них, тем более что этот молодой человек по своему происхождению и социальному положению имел возможность оплатить поездку в Рим из собственных средств, а для них такая поездка явилась бы чем-то вроде поощрения.
Можно было бы привести еще много примеров царившей в ведомстве Гелена семейственности. Никто не станет сомневаться, что такого рода продвижение и обеспечение отражало дух и стиль клана, о котором позднее говорили, что он представляет собой особую элиту. Ясно, что вокруг Гелена формировались силы реакционного консерватизма, влиявшие на политику его организации, ее главные направления и всю шпионскую деятельность. Конечно, тогда, в 50-е годы, большинство сотрудников этой тенденции не замечали, хотя ее можно было разглядеть, если внимательно понаблюдать за организационной и кадровой политикой. Мне кажется, что американцы также довольно быстро почувствовали «злобную любовь» к себе клана Гелена и разгадали его цель — борьба за первое место в европейском масштабе,— приняв после этого соответствующие меры по конспирации своих интересов в организации.
Оглядываясь назад, можно сказать, что Пуллах являлся пунктом кристаллизации милитаристской и враждебной духу разрядки послевоенной политики. Организация Гелена, позже БНД, была и остается при всех кадровых изменениях инструментом политики «холодной войны» без учета интересов как собственного, так и других западноевропейских правительств.
Генерал Гелен строго следил за тем, чтобы между его сотрудниками, так же как между ними и союзниками, не существовало личных или частных контактов в больших масштабах, за исключением членов клана. Пока большинство сотрудников с их семьями жили в самом Центре, то есть до 1952—1953 гг., предотвратить их личные контакты было трудно. Многие знали друг
друга по настоящим именам еще со времен фашизма. Кроме того, в целях конспирации тогда запрещалось иметь какие-либо контакты с населением за пределами территории организации, в лагере имелись своя школа и больница, сотрудники и их семьи встречались друг с другом за игрой в бридж, в теннис, на танцах в клубе Центра.
В те времена раз в месяц для мужчин — сотрудников ОГ и американцев устраивались специальные вечера, после проводившихся вначале лекций или докладов можно было в неофициальной обстановке подробно обсудить самые различные проблемы. Но с 1952 г. все это постепенно и целенаправленно свели на нет, посещения мероприятий и американских приемов подверглись «классификации», и о них следовало в обязательном порядке докладывать начальству.
Военный шпионаж и дело полковника в отставке фон Бонина
Еще в прошлом веке, в 1858 г., некий генерал Адольф фон Бонин, бывший тогда военным министром, выступил против прусского короля Вильгельма и его придворной клики со своей политикой реформ. Он тогда потерпел неудачу. В 1956 г. тоже существовал фон Бонин, полковник в отставке, который отличался весьма реалистическими взглядами и имел в боннской верхушке неважную репутацию. Когда мы вместе с фон Бонином присутствовали на совещаниях в кабинете Гелена, я всегда испытывал сострадание к нему из-за его легковерия и с удовольствием посоветовал бы ему начать конспиративную деятельность против новой клики, тогда у него было бы больше шансов на успех. Конечно, он потерпел неудачу в столкновении с Аденауэром и его окружением, прежде всего с «двуликим Янусом» — Геленом.
Гелен и его организация с самого начала занимались разработкой военно-стратегической концепции, направленной против Востока. Необходимость включения будущего военного потенциала НАЛОГООБЛОЖЕНИЕ в блок ФИНАСОВОГ МЕНЕДЖМЕНТ в кругах секретной службы не подлежала сомнению. Вопросом оставалось только то, кто будет заниматься созданием нового вермахта и кто из служб Гелена должен войти в военную верхушку.
ГЛАВНАЯ
