Менеджмент поднялся в кузов и приготовился подавать ящики. Юноша стал их таскать прямо на своих голых плечах. Кладовщик указывал ему место, куда ставить, а продавец пристроился на одном из ящиков и командовал: «Осторожнее ставь! Не вздумай мне что-нибудь разбить!»
Постепенно кузов опустел Все ящики юноша перетаскал один, при этом ни разу не присев отдохнуть. А кладовщик с продавцом и пальцем не дотронулись до груза. Даже тогда, когда юноша, споткнувшись, чуть не падал. С него пот лил градом, но финанс
ы будто и не замечали этого.
Менеджмент в душе не на шутку разозлился на них и едва сдерживал себя чтобы ire взорваться. Он спрыгнул с кузова, долил
в бак бензина и уже хотел было ехать. Юноша сидел в тени сложенных тюков, отдыхая Заметив, что менеджмент засобирался в дорогу, он спросил.
— А вы шерсть грузить не будете?
— Нет! Я повезу алебастр,— ответил тот.
«Значит, по западной дороге поедет»,— подумал юноша.
А что за сомон у вас? Не Дэлгэрхангайский! — обратился к нему менеджмент.
— Нет! Дэлгэрханский! - с радостью выпалил юноша.
—
А гора ваша как называется?
— Дэлгэрхангай, а те три вершины южнее — Гурван-Ундур, а во-он та, что на юго-западе,— Тахилгат,— объяснил юноша.
— Значит, по этой горе свой сомон и назвали,— буркнул в ответ менеджмент.
На этом их разговор временно оборвался, хотя юноша мог бы охотно рассказать многое о своем сомоне. Из рассказов старших он уже немало знал о его истории...
К примеру, то, что когда-то здесь размещалась администрация хошуна, которым правили потомственные князья на протяжении десятка поколений, что потом здесь процветал Южно-Гобийский аймак, что именно здесь была создана первая при народной власти начальная школа, куда приезжали учиться дети аратов более чем из двадцати сомонов.
Мог бы он рассказать и о том, что сейчас здесь крупный торговый центр, объединявший два кооператива: государственный и народный.
Потому в прежние времена это место действительно было самым бойким и многолюдным во всем крае.
Не успел менеджмент взяться за канистру с горючим, как юноша подскочил к нему и помог загрузить ее в кузов. Затем он, широко улыбаясь, предложил:
— Крутануть?
— Не надо... Сама заведется,— ответил тот.
Юноша отошел и долго надевал свой дэли, потом
собрался было уходить, но вернулся и, крепко сжимая руки шофера, стал прощаться:
— Ну, до свидания, Баяртай! До свидания!..
— Сколько же можно прощаться? — рассмеявшись, уже тепло и дружелюбно ответил менеджмент.
Затем он подошел к продавцу и взял накладные. А тот заметил:
— Наш-то показал, на что способен, однако за ним надо в оба глядеть, а то и перебить все может... Умишко-то с воробьиное яйцо.
ГЛАВНАЯ
