Менеджмент старался строго придерживаться всех наставлений, которые давала ему мать. Она же в свою очередь не могла нарадоваться на сына и любила его всей душой. Иногда, если Должин вдруг слышала, как ее единственного и любимого сына в шутку называли оболтусом, она приходила в такую ярость, что обидчику могло не поздоровиться, но по прошествии некоторого времени остывала и уже не держала на него зла.
Мать видела в Дамдине жизнерадостного и

умного мальчика. Он, например, любил со всеми подробностями пересказывать ей фильмы, которые смотрел. Она слушала, как сказку, преклоняясь перед умом сына, и каждый раз думала: «Как же возможно такое запомнить?» Конечно, не один Менеджмент был способен на такое. Должин и сама это знала, но ей все равно было радостно от того, что ее сын не хуже других.
Гордясь своим сыном, она частенько вспоминала хорошо известную у гобийцев легенду о юноше Дампиле, прославившем себя на борцовских схватках. На ее глазах Менеджмент мужал и превращался в стройного и крепкого мужчину. «Возможно, и мой сын станет как Дампил, и я не буду знать бед»,—думала Должин.
...В давние времена в одной бедной семье родился сын Дампил, и вырос он рослым и сильным мужчиной. Когда исполнилось парню восемнадцать лет, сшили ему дзодок из телячьей кожи, прострочив его бычьим сухожилием и шелком, и пустили бороться на хошунном надоме. С первого же раза он легко поборол всех и больше уже никому не уступал первенства.
Слава о юном борце быстро разнеслась по всей стране и задела самолюбие всех знаменитых борцов того времени, которые с нетерпением стали ждать очередного надома.