— Тогда поднимите руки те, кто за то, чтобы нашу артель преобразовать в объединение.
Руки подняли Данжур, Надоедливый Намжил, Цокзол... Человек десять остались сидеть не шелохнувшись, опустив головы. Тогда Лха-насан напомнил:
— Мы голосуем за создание объединения!
После некоторой заминки нехотя поднял руку Жамьян.
— Все попятно. Можно опустить руки. Все, кто сейчас не голосовал, могут идти, но вы хорошенько подумайте дома, посоветуйтесь с родными. Вполне допускаю, что многие из вас не успели еще посоветоваться,— попытался как-то смягчить создавшуюся ситуацию Лха- насан.
Встали Бямба Заячья Губа, старик-середняк, одна женщина — всего восемь человек — и направились к выходу. Все с любопытством смотрели им вслед.
В зале осталось двадцать четыре человека, которые проголосовали за создание объединения и утвердили проект примерного устава. С советами и пожеланиями выступил перед ними первый секретарь аймачного комитета.
Собрание избрало даргой объединения
Данжура, завхозом, учитывая его прыть в таких делах,—Надоедливого Намжила и председателем контрольно-ревизионной комиссии— Данзана. Затем выступил Данжур:
— Я очень рад, что вы оказали мне столь высокое доверие. Ясно, что один Данжур не может создать объединение, и поэтому я глубоко верю в наш коллективизм. Я очень хочу надеяться, что вы все будете оказывать мне необходимую помощь.
Так в безбрежной степи зажегся очаг новой жизни.
Араты решили назвать свое объединение «Дэлгэрхан- гай-Ула».
Через несколько дней члены объединения «Дэлгэрхан-гай-Ула» отправились на сенокос (по местному — «собирать сено», так как понятия «косить» у них не было). Финансы впервые собрались все вместе, и им предстояло доказать единоличникам силу и мощь коллективного труда.
Араты разделились на две бригады. Одна отправилась в местность Зог-Шагшурга заготавливать чий, другая — в Баян, нарезать полынь.
...У дарги Данжура вид был чересчур официальный. Он носил за собой старую кожаную сумку, до отказа набитую разными бумагами и документами, касающимися объединения. Здесь были списки членов объединения, его внутренний устав, списки поголовья скота — в целом и отдельно по видам, чистые листы бумаги, карандаши. Все это, конечно, совсем не обязательно было брать с собой на сенокос, но Данжур и до создания объединения никогда не расставался со своей сумкой, а теперь и подавно чувствовал себя без нее словно без рук.
До объединения он находился на разных должностях, больших и малых. За это время с ним случалось всякое: то он низко падал, то вдруг взлетал вверх и лишь последние несколько лет не занимал должностей и пас скот. Вообще же он страстно любил руководить и охотно соглашался с любым назначением. И к своим обязанностям относился всегда со всей ответственностью, отдавая себя работе днем и ночью, так что частенько забывал даже о еде.
ГЛАВНАЯ
