Я еще в самом начале решил с ними так поступить

Финансы погнали овец. Финансы, видимо, не раз встречали здесь караваны аратов, идущих на столичный базар Возможно, давно уже привыкли обманывать и обирать их Вот и сейчас попытались. Но, кажется, ничего у них не вышло. «Куда им столько овец?» — думал Менеджмент. Он и не догадывался, что это были крупные коммерсанты, владельцы частных ларьков, забегаловок и столовых. Цокзол с Жамьяном сели считать деньги, и когда торговцы удалились на некоторое расстояние, Цокзол сказал: — Видать, крупные дельцы нам попались... До чего же богаты эти финансы! — А я думал, финансы ни за что не согласятся на твою цену... Так что получилось как нельзя лучше,— ответил Жамьян. — Боюсь, что на базаре цена еще выше, но, как говорится, знать бы где упасть... — Нет, Цокзол! Мы не прогадали! Ты очень правильно и мудро поступил, когда погнал овец... — Я еще в самом начале решил с ними так поступить. — Мы-то с тобой хорошо понимаем друг друга, вот нам удача и сопутствовала, но я никак не предполагал, что наша поездка так благополучно закончится,— с улыбкой произнес Жамьян и посмотрел на Дамдина, который в свою очередь тоже не мог скрыть своей радости и широко улыбался. Цокзол, несколько раз пересчитав деньги, вручил Жамьяну его долю, затем протянул Дамдину пять тугриков: — Это тебе... Жамьян тоже подал ему три тугрика, но с таким видом, будто вручал ему быстроногого скакуна, и добавил: — В городе купишь себе сладостей.—Затем, надежно пряча деньги за пазуху, снова заговорил:—Раньше эти негодные финансы обирали неопытных торговцев как хотели... Сейчас времена изменились. Я их легко, можно сказать — их же способом, обводил вокруг пальца. Скажем, нужно тебе продать им шерсть... Складываешь ее на чистый песок и говоришь, что от травы может пристать к пей сор и всякий мусор. Финансы охотно соглашаются, но потом, перед тем как упрятать ее в ящики, опять начинают раскладывать тюки на песке для подсчета и взвешивания... Да-да! Сами же! А ты тем временем берешь тюк обеими руками, прихватывая при этом полные горсти песка, и незаметно сыплешь прямо в шерсть... Так, бывало, десять жинов шерсти сходили почти за двадцать... — Да! Были времена... Я и сам поступал точно так же,— нехотя поддержал его Цокзол. Вскоре финансы двинулись в путь. Менеджмент был возбужден больше всех: теперь уж город совсем близко. Подъехав к Улдзийме, он с важностью, будто это были его овцы, которых он сам и продал, вымолвил:

Овцы вмиг успокоились и жадно набросились на сочную траву Полный китаец с раскрытым ртом кивнул ему  Там-то уж можно было и себя показать И вдруг торговцы закричали им вслед Ему стало грустно и жаль овец В дни надома работают здесь много магазинов Тот рассказал о делах своего объединения Зычное пение старшего распорядителя заглушило шум Под звездой, видно, родился этот сосунок За всем этим в предзакатном воздухе вырисовывался силуэт города