Цокзол знался со всеми искусными мастерами и умельцами в округе и частенько заказывал им сделать что-нибудь необычное.
Он давно утвердился в мысли, что если все его замыслы осуществятся без помех, то счастье и благополучие не обойдут его стороной. Коль руки будут работать, то и желудок пустым никогда не останется — в это он верил свято.
Айл Цокзола был зажиточным, но односельчане относились к нему с большим уважением. Хотя были, конечно, и любители посудачить: «Цокзол-то наш возомнил себя, чуть ли не первым богачом во всей округе».
Возможно, Цокзол и сам давал повод для этого.
Уж с
лишком щедро тратился он на всякие безделушки.
Один раз в году он обязательно бывал в городе. Готовился к этому событию долго и основательно. Караван обычно снаряжал из сорока верблюдов: тридцать собственных, а десять — артельных. Если находился человек, знающий толк в верблюдах, то он обязательно брал его с собой. Заодно в городе и своих овец продавал.
Он не пренебрегал ничьей дружбой, и потому друзей у него всегда было много. Сам мастер на все руки, Цокзол никогда не бывал удовлетворен работой других и любил всех поучать. Тем, кто его хорошо не знал, могло показаться, что он излишне придирчив и раздражителен. Труся монотонной рысью, Цокзол наконец-то выехал к своей юрте и заметил, что овцы уже пригнаны, но доить их еще не начали. У коновязи стояли три лошади под седлами. «Кто же к нам приехал?» — подумал он и подстегнул коня. Подъехав к коновязи, он спешился, привязал своего коня и взялся по лошадям и седлам определять их хозяев. «Где я видел это седло? А тавро лунным серпом, кажется, кого-то из наших соседей»,— старался вспомнить он.
ГЛАВНАЯ
